Другие материалы смотрите в издании ВВП №41

Автор: Оксана СЕВЕРИНА
Фото: Вселенский патриарх Варфоломей І и Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Православие и большая политика в представлении многих верующих кажутся «вещами несовместными». Понятие «церковь» скорее ассоциируется с покоем и светом: с полетом куполов в синеве, колокольным звоном, отблеском свечей и чувством умиротворения, которое испытывает каждый входящий в храм. Между тем ситуация внутри современного православного мира далека от идиллии братской любви, о которой мы читаем в Евангелии.

А картина взаимоотношений, сложившаяся между поместными православными церквами, до боли напоминает двухполярную картину политического противостояния, сложившуюся в мировой политике, с той лишь разницей, что в светском мире этими центрами противостояния являются Россия и Америка, а в мире духовном – Московский и Константинопольский патриархаты.

ПРАВОСЛАВНЫЙ «САММИТ»

В октябре главным событием церковной жизни стало проведение в Стамбуле Всеправославного совещания, посвященного 2000-летию апостола Павла. В эти дни в древний центр православия съехались предстоятели всех автокефальных православных церквей: Патриархи Александрийский, Антиохийский, Иерусалимский и Московский, архиепископы Кипрский, Элладский, Албанский, представители всех Поместных Православных Церквей. Между тем участие РПЦ в православном форуме до последнего момента оставалось под вопросом. Наконец перед приездом Патриарха Алексия II выступил с заявлением митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, где оговорил особые условия участия Патриарха Московского в этом крупном международном православном форуме. В основном эти условия касались участия в совещании митрополита Стефана, главы ЭАПЦ (Эстонской Апостольской Православной Церкви), «альтернативной» православной церкви, созданной на территории Эстонии после распада Советского Союза в 1996 году при активной поддержке местного правительства. Несмотря на то что в Эстонии уже существовала Эстонская Православная Церковь (ЭПЦ) Московского патриархата, Патриарх Константинопольский признал ЭАПЦ, что привело к охлаждению взаимоотношений между двумя Церквами.

Ситуация с Эстонией показательна не только как пример своеобразной «борьбы за сферы влияния», происходящей между Москвой и Константинополем.

Такая «борьба» с разным успехом ведется постоянно в последние два столетия. Важнее то, что раскол в эстонском православии создал первый прецедент для возможности глав государств на постсоветском пространстве решать свои внутренние вопросы, а также проблемы взаимоотношения с Россией за счет манипуляций в церковной политике. Яркое подтверждение тому – ситуация на Украине, где правительство активно добивается признания канонического статуса Киевского патриархата и прибегает к помощи Константинополя, чтобы таким образом получить от Москвы еще и «духовную» независимость.

В чем-то зеркальным отражением этой ситуации стали события, связанные с недавно разразившимся грузино-осетинским конфликтом и последующим провозглашением независимости Осетии и Абхазии.

В ЗОНЕ КОНФЛИКТА

Русская православная общественность с начала военного конфликта в Цхинвали всячески оказывала поддержку православному осетинскому народу. Монастыри Ставропольской епархии принимали беженцев. Во всех православных храмах России совершались особые богослужения, за которыми возносились молитвы о прекращении кровопролития. Во множестве приходов Московского патриархата – как русских, так и зарубежных – был организован сбор средств в помощь пострадавшим. И сегодня Русская Православная Церковь реализует целый ряд проектов по налаживанию мирной жизни в Южной Осетии и помощи в реабилитации местным жителям после военного конфликта. Также стоит отметить, что многие инициативы исходят не столько от священноначалия, сколько от православных мирян. Так, планируется организовать на территории Осетии паломнический лагерь, где его участники могли бы совмещать духовно-просветительскую деятельность с трудами по восстановлению Цхинвали и окрестных сел, пострадавших в результате военных действий.

Такая активная позиция РПЦ не могла не вызвать тревогу у Грузинского патриархата, к чьей юрисдикции относятся Осетия и Абхазия. После провозглашения республиками независимости и признания их Россией вопрос о переходе их православных церквей в Московский патриархат многим казался практически решенным. С такой просьбой к Патриарху обращались не только политики, но и многие священнослужители и жители Южной Осетии, поскольку после провозглашения независимости никакое духовное окормление осетинских приходов грузинским священноначалием стало фактически невозможным.

Но Русская Православная Церковь не пошла на прямое каноническое присоединение абхазской и осетинской церквей, и таким образом прямого конфликта с Грузинским патриархатом удалось избежать. Отрицательный ответ Патриарха Алексия стал для многих неожиданностью. «Вопрос юрисдикционной принадлежности приходов Абхазии и Южной Осетии является предметом для серьезного, глубокого и обстоятельного межцерковного диалога с Грузинской Церковью», – заявил Патриарх, отметив при этом, что братская помощь православных верующих России и Украины жителям Южной Осетии может развиваться вне зависимости от вопросов церковной политики.

Этот важный политический шаг РПЦ нашел отражение и в итоговом документе, принятом на Всеправославном совещании. В нем предстоятели православных церквей выразили поддержку «братскому сотрудничеству» Русской и Грузинской Церквей.

Несмотря на то что российско-грузинские отношения остаются достаточно напряженными, между представителями Церквей сохраняется контакт. Как отметил в своем интервью ИТАР-ТАСС секретарь по межправославным отношениям Московского патриархата протоиерей Николай Балашов, «у обеих сторон есть общее понимание всей сложности ситуации, которая, по существу, не дает возможности Грузинскому патриархату осуществлять пастырскую работу как в Южной Осетии, так и в Абхазии. Но нужно искать хотя бы временные решения, которые позволят соответствующим народам не лишаться полноценной духовной жизни».

Протоиерей Николай выразил уверенность, что «именно Церкви будет принадлежать главная роль в примирении народов, ведь Евангелие – это проповедь прощения и мира, а не вражды».

ПРОПОВЕДЬ «МИРА»

Одной из главных международных религиозных организаций, призванной выступать в роли миротворца во многих конфликтных ситуациях, в том числе связанных и с конфессиональными вопросами, является Конференция Европейских Церквей. Созданная в 1959 году в качестве своеобразной религиозной ООН, она была призвана решать вопросы, связанные с межрелигиозным диалогом, процессами европейской интеграции, дискуссиями о гуманизме и христианских ценностях. В КЕЦ входят около 126 православных, протестантских, англиканских и старокатолических Церквей. РПЦ вошла в эту представительную организацию практически с самого начала ее деятельности – с 1961 года. Одним из первых представителей РПЦ в Конференции Европейских Церквей, проработавший в ее Президиуме около 15 лет, был нынешний Патриарх Алексий II, тогда еще будучи митрополитом Ленинградским и Новгородским. Митрополит Алексий неоднократно выступал с докладами на ассамблеях и заседаниях КЕЦ, отстаивая не только интересы православия, но и олицетворяя собой русскую православ- ную общественность, представления о которой в мире тогда были туманны и нелицеприятны.

11 октября этого года Патриарх заявил о приостановке участия РПЦ в работе Конференции Европейских Церквей. Причиной этому послужила своеобразная политика «двойных стандартов», которую начала проводить КЕЦ по отношению к тому же «эстонскому вопросу».

В ноябре прошлого года Центральный комитет КЕЦ принял в члены своей организации Эстонскую Апостольскую Православную Церковь, находящуюся под юрисдикцией Константинополя. Также заявку на членство в КЕЦ подала и Эстонская Православная Церковь Московского патриархата. Комитет КЕЦ вынес решение о том, что «необходимо изучить вопрос о соответствии этой Церкви критериям членства в КЕЦ.

Делегация европейской организации посетила Эстонию в апреле 2008 года. В ходе визита состоялась встреча с предстоятелем Эстонской Православной Церкви митрополитом Корнилием, было установлено, что ЭПЦ соответствует критериям членства в КЕЦ. Но затем при рассмотрении этого вопроса на заседаниях ЦК КЕЦ решение не выносилось. Мотивировалось это тем, что в Эстонии не урегулирован вопрос юрисдикции православных церквей между Константинопольским и Московским патриархатами.

В сентябре этого года президент КЕЦ пастор Жан-Арнольд де Клермон и генеральный секретарь Конференции Колин Уильямс посетили Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. В ходе встречи обсуждался и вопрос о вступлении Эстонской Православной Церкви в КЕЦ. Патриарх подчеркнул, что для него, как для уроженца Эстонии и иерарха, много лет возглавлявшего эту Церковь, вопрос особенно важен.

Тем не менее голосование по Эстонской Православной Церкви много раз откладывалось. Наконец вопрос перенесли на последний день заседания Центрального комитета КЕЦ. Но в этот день многие делегаты отсутствовали, а представители Константинопольского патриархата и поддерживающих его греческих церквей демонстративно покинули зал заседаний. В результате не было кворума, и голосование не состоялось. Таким образом, вопрос о вступлении ЭПЦ в КЕЦ отложился на неопределенное время, сделав невозможным участие Эстонской Православной Церкви в Ассамблее КЕЦ, которая будет проходить в Лионе в 2009 году.

В ответ на это ЭПЦ выразила свою «скорбь по поводу того, что в механизм принятия решений столь достойного христианского форума вмешались какие-то явно не христианские, не евангельские соображения, и простая справедливость, которая нашла бы свое выражение в равноправном участии и ЭПЦ МП, и ЭАПЦ в работе Конференции, оказалась недостижимой». А РПЦ заявила, что «проявляя солидарность с нашими православными братьями и сестрами в Эстонии, Русская Православная Церковь приняла решение о приостановке своего членства в КЕЦ до положительного решения вопроса о принятии Эстонской Православной Церкви в эту организацию».

Судя по дошедшим до нас не слишком обильным сведениям, первые Вселенские соборы, в которых принимали участие отцы Церкви, были очень напряженными. На них шли жаркие диспуты: обсуждались животрепещущие богословские вопросы, осуждались ереси и оправдывались принесшие покаяние. Но и еретики, и праведники были одержимы одним – желанием найти истину. Сегодняшние встречи первоиерархов проходят очень благочинно, но, как отметил на «саммите» Константинопольский Патриарх Варфоломей, «иногда мы представляем картину неполного единства, будто мы не являемся одной Церковью, а некой федерацией или конфедерацией Церквей».

Партнёры