Другие материалы смотрите в издании ВВП №37-38

Автор: Оксана СЕВЕРИНА

После развала Советского Союза исторические судьбы двух некогда единых государств, России и Украины, расходятся все дальше. Несмотря на то что в нынешней Украине проживают и сегодня миллионы русских, с каждым годом все меньшее количество их идентифицируют себя, свое будущее с Россией. У нас разные валюты и паспорта, между нами пролегают таможни и границы, резко сужается пространство использования русского языка. У нас еще есть общее прошлое. Но история в обеих наших странах за последнее десятилетие претерпела существенные изменения. Теперь, кроме исторических корней и спорного Черноморского флота, для нас остается общей лишь Православная Церковь. По закону Церковь отделена от государства, но, как показывает практика, в нынешнем обществе Церковь не может существовать вне государства, вне политики. По крайней мере на Украине это именно так.

«МАТЬ ГОРОДОВ РУССКИХ»

В Киеве, кажется, каждый дом и даже каждый камень хранит следы истории. Есть, например, камень с такой надписью: «Отсюда есть пошла Русская земля». В Киев из России едут не столько туристы, сколько паломники – прикоснуться к древним святыням. Здесь сохранился один из первых христианских храмов на Руси – Софийский собор с мозаиками и фресками. Здесь земля апостола Андрея Первозванного и первых русских монахов.

Сегодня исторические храмы Киева отреставрированы и открыты для посетителей, но впечатление они производят неоднозначное. Золотые маковки церквей венчают не восьмиконечные, как принято в православии, а четырехконечные кресты. Такие же мощные четырехконечные кресты установлены на аллеях парков в память о жертвах голодомора – «геноцида украинского народа» и сталинских репрессий. Может быть, в крестах выражается современное стремление властей Украины сделать страну во что бы то ни стало непохожей на Россию («Украина – не Россия» – так писал в своей книге президент Леонид Кучма)? Но дело не только в крестах: с колоколен храмов слетают какие-то звуки, напоминающие, скорее, бряцание тарелок, чем привычный гулкий благовест. И наконец, если войдешь в любой древний храм в центре Киева, то увидишь, что все надписи в церкви, включая названия икон и православных праздников, сделаны на украинском языке. Наблюдательный глаз может заметить и совсем уж странные вещи. У входа в Михайловский златоверхий монастырь висит «афиша»: Литургия Иоанна Златоуста, музыка «такого-то», исполняет «такой-то» хор. В знаменитой Андреевской церкви, построенной в XVIII веке по оригинальному проекту Бартоломео Растрелли, продаются на лотке... журнал Newsweek и другие западные светские издания. Фасад церкви-ротонды на легендарной Аскольдовой могиле, спасенной от разрушения Николаем I, украшен барельефами Папы Римского и статуями плачущей Мадонны. Такой христианской эклектики, как в Киеве, не увидеть, пожалуй, ни в одном городе Европы.

«Три церкви – это слишком много для Киева, – писал в своем очерке о родном городе знаменитый киевлянин Михаил Булгаков. – Старая, живая и автокефальная… Положение таково: старая ненавидит живую и автокефальную, живая – старую и автокефальную, автокефальная – старую и живую. Чем кончится полезная деятельность всех трех церквей, сердца служителей которых питаются злобой, могу сказать с полнейшей уверенностью: массовым отпадением верующих от всех трех церквей и ввержением их в пучину самого голого атеизма». Это написано почти сто лет назад, но это же замечание великого мастера вполне можно отнести к Киев-граду и сегодня.

ПАТРИАРХА НАДО ЗНАТЬ В ЛИЦО

На самом деле в Киеве действуют не три Церкви, а гораздо больше. Одних только православных объединений, возникших за последние десять лет, около шести: и апостольские, и автокефальные, и обновленческие. Но все это мелкие трещинки, последствия более крупного раскола, который произошел в Украинской Православной Церкви (УПЦ) в 1992 г.

Если смотреть на мир философски, то в любом искусственном соединении двух вещей возникают центробежные и центростремительные силы. То же можно подметить и в обществе: сколько существовал союз России и Украины, столько же действовали на Украине и националистически настроенные организации, стремящиеся к независимости от Москвы. Конечно же в первую очередь речь шла о политической независимости. Но как только она была достигнута, и духовная связь с Московским Патриархатом показалась неоправданно тяжким ярмом: у «самостийной» державы должна быть и «самостийная» Церковь. Так возникла УПЦ Киевского Патриархата, главой которой объявил себя бывший Киевский митрополит, монах Филарет (Денисенко). Собравшийся в Москве Архиерейский Собор тут же назначил нового митрополита Киевского, Владимира, расстриг Филарета и предал анафеме, объявил УПЦ КП раскольнической группировкой. Но это не внесло особой ясности в сознание украинских верующих. К тому же новая «незалежная» власть на Украине, особенно после «оранжевой революции», старается всячески поддерживать именно «самопровозглашенный» Киевский Патриархат – как национально ориентированную Церковь. В результате такой церковной политики на Украине УПЦ КП, не признанная ни одной из православных Церквей мира, считается в Киеве выразителем украинской национальной идеи.

Киевскому Патриархату передано множество старинных соборов и отреставрированных монастырей. Кафедральным храмом УПЦ КП стал знаменитый Владимирский собор, сохранивший росписи великих русских художников Виктора Васнецова и Михаила Нестерова. Восстановленный в 2000 году Михайловский златоверхий монастырь был также отдан руководством страны Киевскому Патриархату. Стены древних храмов своим внешним видом и внутренним убранством привлекают не только туристов и паломников, но и простых киевлян, не слишком искушенных в церковных спорах. Да и не так-то просто объяснить человеку, пришедшему к Богу, почему он пришел не в тот храм. Служба в приходах УПЦ КП ведется по тем же служебникам, что и в канонических приходах.

Правда, текст службы переведен на государственный язык, но поскольку украинский в чем-то ближе к церковно-славянскому, чем русский, то это не режет слух.

Подумаешь, вместо «паки-паки» они поют «ще и ще», вместо Патриарха Московского поминают «патриарха» Филарета – разве в этом дело! И те и эти молятся одному Богу – так какая разница, куда идти! Так может возразить мне любой прихожанин.

На Украине нет явного разрушения и поругания православных храмов, что можно увидеть в Сербии.

Трудно признать и литургию, совершаемую на украинском языке, каким-то святотатством. Но именно эта исподволь подведенная ложь, просачиваясь в умы верующих, наполняет сомнениями души, сеет смуту и рознь.

Любопытно, что в московских храмах практически нигде не увидишь фотографии Патриарха Алексия II. Разве что на календаре в церковной лавке. В Киеве же фотография предстоятеля Церкви, к юрисдикции которой относится данный приход, может служить своего рода опознавательным знаком для христианина, поскольку большинство храмов в Киеве построены в лучших традициях русского зодчества. А вот какой Церкви они отданы – это большой вопрос. Если в храме висит фото какого-то пастора – то протестантам, если Папы Римского – то грекокатоликам. А если в храме есть фотография митрополита Владимира, значит, вы пришли в храм Московского Патриархата, можете располагаться и чувствовать себя как дома.

ТРУДНО БЫТЬ РУССКИМ

За исключением официального «оплота» УПЦ МП – Киево-Печерской лавры – сотни приходов Московского Патриархата в Киеве располагаются в спальных районах города. Довольно многочисленные православные общины буквально ютятся в небольших деревянных строениях, а то и на съемных квартирах.

Настоятель храма имени преподобного Агапита Печерского протоиерей Андрей Ткачев – известный в Киеве священник. Он несколько лет ведет на одном из местных телеканалов детскую православную передачу «На сон грядущий». Отец Андрей – постоянный автор одного из лучших православных интернет-журналов для подростков «Отрок.ua». «Легко ли на Украине быть русским?» – с таким вопросом мы обратились к батюшке.

«В России для русского человека быть русским – значит быть православным. Неправославный русский мне непонятен так же, как американец, который ест палочками. Но для русских, живущих на Украине, вопрос национальной самоидентификации очень непростой. Я считаю себя русским по культуре, по уму, по мироощущению. Это ощущение точнее, нежели определение национальности по крови. Тогда и нашего царя Николая II вряд ли можно считать русским. Сегодня на Украине русским быть трудно. К сожалению, Россия ассоциируется у людей с массой негативных вещей. И тем, кто сознательно исповедует свою принадлежность к русской культуре, приходится нелегко.

Есть шаблонная русскость в смысле красной икры, беспробудного пьянства, сквернословия и мордобоя.

Но есть в России и другое: бесстрашные офицеры, великие ученые, талантливейшие представители искусства, святые подвижники. В этом смысле нам надо быть достойными этой русскости».

Православные приходы в Киеве хотя и относятся к Московскому Патриархату, но не получают из России какой-либо помощи, обходятся своими силами. Привозят из Москвы литературу, организовывают поездки, оказывают помощь детским домам и приютам; почеловечески, по-христиански. Есть в Киеве православные братства, которые пытаются оказывать воздействие и на политику в сфере образования и нравственного воспитания. В этом году в Киеве проходит эксперимент по преподаванию в школах «Основ христианской этики».

Можно сказать, что на Украине Церковь пытается решать те же проблемы, что и в России. Только все это на фоне раскола, постоянного «перераспределения» собственности между старыми и вновь возникающими Церквами. Если все это представить себе, то становится понятно, что Украина – это тоже Россия, тоже наша земля. И может быть, православные там в чем-то даже более русские, чем мы.

Партнёры